«Дизайнер должен быть фанатиком своего дела и панком по жизни» - Иван Айплатов в 2:1

2:1 – это новый формат авторской колонки, в которой сразу два автора - знакомый вам по своим острым рецензиям Александр Боксер и его напарница Ксения Ладутько, словно Бонни и Клайд, будут легко и изящно вскрывать подноготную  и выводить на чистую воду своих собеседников. Правда, по ту сторону диктофона вполне могут оказаться матерые, закаленные на полях fashion-баталий персоны. Как, например, случилось в пилотном выпуске колонки, когда на вопросы Ксении и Александра ответил один из самых маститых белорусских дизайнеров Иван Айплатов.

К. Как вы воспринимаете моду?

Каждый творец выражается посредством своего увлечения. Мода – мое хобби, которое переросло в профессиональную деятельность.

А. В своих интервью вы всегда говорите, о том, что мода – это бизнес, чем подтверждаете свои слова коллекциями, которые создаете, но есть ли искусство в ваших коллекциях? Какой процент вы отводите ему?

За последнее время я поменял свое отношение. Раньше я делал много непродаваемых вещей, но многолетний опыт приводит к тому, что нужно выбирать: или ты делаешь только имиджевую коллекцию, или полностью коммерческую. В своей последней коллекции или в бренде FELICITY я не собирался делать новинки моды или поражать своими идеями западный мир, нет. Задача была сделать коммерческую историю, чтобы процесс развивался, чтобы фотографы, модели и другие вовлеченные в процесс люди могли зарабатывать вместе со мной.

А. Что вообще из себя представляет искусство в дизайне? Какую роль оно выполняет?

Искусство играет огромную роль в дизайне. По сути, дизайн - это и есть искусство. Когда я говорил, что мода - это бизнес, я не говорил, что искусства в нем нет. Но в процентном соотношении с искусством бизнес играет немаловажную роль.

К. Какой период в истории искусств вам ближе всего?

Я не максималист и мне многое нравится в искусстве: это и прерафаэлиты, и искусство 20-го века, и ар-деко. Я не могу сказать: мне нравится только это или только то.

А. Как вы понимаете стиль?

По-разному. В разное время у меня разное отношение к стилю. Иногда мне кажется, что это что-то, что воспитывается в человеке по непонятным причинам. Иногда мне кажется, что семья или общество влияет на стиль человека.

Для меня стиль – это гармония между внутренним миром человека и его внешним образом. Иногда привожу в пример каких-нибудь музыкантов, например, группу «Браво»: если это не вымышленный продукт, то их музыка и внешний вид соответствуют одному духу, нет диссонанса. Это я и называю стилем.

К. Кто воспитал ваш стиль?

Лично у меня как дизайнера в жизни его нет. Я не претендую на звание иконы стиля, а просто удобно одеваюсь, и это некий casual, я бы даже сказал, цыганский стиль. А стиль моего бренда формирует мое отношение к жизни.

К. Кто, на ваш взгляд, олицетворяет идеальный стиль?

Идеальный стиль – это понятие субъективное. Кому-то нравится богемность в одежде, кому-то морская история, а есть масса людей, кому это все не по душе. Поэтому я считаю, что идеального стиля, как и идеального искусства, нет.

А. Как вы думаете, живя в эпоху искусственного города, естественность во внешности важна для человеку? Или это оправдание его лени? Не кажется ли вам, что это очень скучно?

Если мы говорим о постсветском пространстве, то у нас к естественности никто и не стремится. Это прерогатива западной культуры, а у нас идет борьба на самых разных уровнях: борьба женщин за мужчин, конкуренция бизнес- структур, многие стремятся обмануть друг друга. Естественность - это хорошее качество людей, но ее очень мало.

К. Насколько важны деньги?

Для меня они важны, чтобы можно было спокойно работать, как минимум.

А. С кем из ныне живущих или уже покинувших мир фотографов и моделей вам больше всего хотелось бы поработать?

Из моделей поработал бы с Мариной Линчук. У меня было с ней два показа, когда она была в Беларуси, и сейчас мне бы хотелось поработать с ней в ее новом качестве - супермодели, и, возможно, в ближайшее время это произойдет. А из фотографов - пожалуй, Терри Ричардсон.

К. Какую часть женского тела вы считаете наиболее сексуальной и привлекательной?

Попка, естественно, а точнее, талия-попка, этот переход. Это самая вкусная часть женского тела. Но это не приоритет.

А. Какая она, девушка Ивана Айплатова?

Как минимум, это девушка, которой не все равно, что происходит в жизни, дизайне, культуре, ей не наплевать на мир вокруг. Это достаточно творческий человек, даже если она не творческой профессии.

К. Какова философия вашего бренда?

Отсутствие андрогинности и четкая женственность, нежно переходящая в сексуальность.

А. Исходя из этого, какой из всех известных домов моды вы могли бы возглавить?

Если был бы выбор, то, возможно, Moschino - раньше я был поклонником этого бренда. Правда, в последнее время он не радует меня своими коллекциями. Но вы знаете, я бы с удовольствием еще и свой бренд сделал и в нем поборолся.

А. Как-то раз Кристобаль Баленсиага сказал: " Кутюрье должен быть архитектором кроя, художником цвета... скульптором формы, музыкантом гармонии и философом стиля." А как вы думаете, какими качествами должен обладать дизайнер в 21 веке?

Я буду повторяться, но в первую очень он должен быть коммерсантом, должен уметь работать в команде и быть в меру амбициозным, понимать, что он работает на общее дело, быть трудолюбивым фанатиком своего дела и немного панком по жизни.

К. Что сформировало вас как дизайнера?

Как дизайнера меня формировал СССР. Всё, чего нам не хватало в СССР, как сжатая пружина, вылилось в мой дизайн. Эта пружина сжалась, и до конца жизни она будет разжиматься, разжиматься и разжиматься.

А. По какому из принципов вы работаете: «дай людям то, чего они хотят» или «дай людям то, о чем они еще не знают, что хотят?»

Нет четких принципов, если мы говорим об опыте компаний, чей опыт мы пытаемся перенимать. Например, H&M изучают, что носят люди, чтобы дать им то, что они предпочитают в повседневной жизни. Их дизайнеры ходят по барам, дискотекам, ресторанам и анализируют, что увлекает большую часть населения - это политика H&M, и это отличный путь.

Если брать японских дизайнеров, то они идут от обратного - от своей культуры, при этом учитывают новизну в дизайне и совмещают все это.

Дизайнер должен понимать, кто его потребитель. Я четко понимаю, для кого работаю, особенно в последнее время. Пытаюсь ориентироваться на более реальную аудиторию, совмещаю то, что я хочу увидеть в своем дизайне и того клиента, который есть в у меня в реальности.

К. Оглядываясь назад, есть ли коллекции, которые сегодня вы считаете неинтересными, неудачными?

Все коллекции создавались с большими переживаниями. Последняя эмоционально далась мне очень трудно, потому что я занимался еще и организацией своего показа.

Были коллекции, которые делались за один месяц, например, коллекция для Comedy Club была сделана ровно за один месяц, но то был месяц бессонных ночей для всей студии.

В то же время я бы не сказал ни про одну свою коллекцию, что она была провальной. Возможно, на первый взгляд для кого-то они неудачны, для меня они были все удачными.

А. В одном интервью о своей жене вы сказали: « По профессии она медик, но мне кажется, что во время нашей совместной жизни Катя стала уже дизайнером, потому что она дышит моими интересами, идеями, даже книги мы с ней одни и те же читаем. И я думаю, что у нее в этой сфере есть очень хороший потенциал». За этот промежуток времени она смогла проявить себя как дизайнер? И способствуете ли вы развитию ее потенциала?

Вы знаете, она очень творческий человек, у нее дизайн проявляется в мыслях, поступках, детях. Возможно, создание дизайнерских объектов у нее еще впереди.

К. Что о вашем творчестве думает ваша дочь Юля? Разделяет ли она ваш взгляд на моду?

Ей все нравится. Ей скоро 17 лет и она готовится к поступлению в Академию искусств на дизайн одежды. Она уже сейчас начинает потихонечку работать, и я думаю, что со следующего года она будет плотно входить в работу, так как у нас уже есть для нее бренд. Она уже состоявшийся человек и меня устраивает ее вкус. Появится еще один дизайнер под фамилией Айплатова, а может, это будет новый бренд с каким-нибудь иным названием.

А. Где-то прочитал, что в модной индустрии вы получили славу бунтаря и провокатора, на ваш взгляд, почему именно так вас охарактеризовали? И согласны ли вы с этим заключением?

Мне нравится провокация в дизайне или любом другом творчестве. Но что касается моих коллекций, то я считаю, что провокации присутствовали всегда, сейчас, может, в меньшей степени, но в каждой коллекции есть история и элемент провокации - в объектах, принтах, именно поэтому пресса и прикрепила ко мне это определение.

К. Вы любите поностальгировать?

Мне нравится вспоминать о каких-то событиях, которые были в моей жизни. Иногда в прошлом, особенно в детстве, находится много идей для сегодняшних коллекций.

А. Вы берете на стажировку молодых дизайнеров?

Как правило, нет, потому что они мешаются и пользы от них никакой нет. В какое-то время в студии было много разных дизайнеров, например, Павел Панаскин, Алексей Лазарь.

А. По каким критериям вы их отбираете, и какой процент работы они выполняют?

По духу. Если ты берешь человека, то он должен эмоционально соответствовать коллективу.

Я уже давно не брал никого на стажировку - нет необходимости. Мне нужны профессионалы.

К. Что, на ваш взгляд, дает им на выходе школа Айплатова?

По-разному. Если взглянуть на людей, которые работали со мной и затем стали развиваться самостоятельно, то, к примеру, у Павла Панаскина свой бренд, Алексей Лазарь работает у Юдашкина, Саша Борщов успешно пристроен в одной из брестских компаний.

Я думаю, что какой-то толчок в этом есть, и необязательно он исходит от меня, просто само попадание в среду, где всегда есть движение, позволяет мысли развиваться дальше. Я понимаю, что любой человек, который связан с дизайном одежды и приходит ко мне в студию, мечтает о своем собственном бренде. Я никогда этому не мешал, а наоборот, способствовал.

А. Саша Варламов объявил о запуске виртуального дома моды имени себя, что вы думаете по этому поводу? Может, это дом моды будущего?

Очень хорошо, что на постсоветском пространстве и в Беларуси, в частности, происходят определенные процессы в мире моды - это работает на создание хоть какой-то индустрии, потому что сейчас ее, увы, нет.

Что касается виртуального дома моды, то я не в курсе, о чем идет речь и какая будет схема работы, но мне приятно слышать, что Саша не погас, что он движется в творческом направлении. Как это будет, не знаю, дай бог, чтобы успешно!

А. У многих, кто слышит ваше имя, я думаю, в голове первым делом всплывает образ вашего медведя, который, бесспорно, стал узнаваемой фишкой бренда, но если бы этого медведя не было, то что бы выполняло эту роль - роль ассоциации?

До медведя очень плотно, как часть пиара, работала история с Comedy Club, и очень много людей в России знают меня как дизайнера, делающего бренд Comedy Club fashion. Сейчас есть медведь, думаю, что в ближайшие полгода нашумевшими станут клюшки и хоккей. У нас в загашнике много идей, поэтому публике всегда будет о чем говорить. А медведь – это отдельная история: и как аксессуар, и как бизнес этот проект уже живет своей собственной жизнью.

К. Планируете ли задействовать своего медведя, например, в школьных рюкзаках или украшениях? Или, может, это будут туфли?

У нас были идеи делать его разным: двуруким, с ногами, но потом я понял, что его концепция – это медведь-боксерская перчатка, и точка.

Есть одна идея сделать с ним странный концепт-проект, пока он в планах, но если почувствуем, что пришло время его освежить, мы, конечно, это сделаем. А пока он нас оживляет, а не мы его.

А. Почему в этом году ваш показ прошел на отдельной площадке?

Произошла проблема с партнером, который должен был нас поддержать. Мы были в расписании Белорусской недели моды и вышли из графика буквально в последний день перед его публикацией. Показ должен был пройти в мой день рождения - 8-го ноября. Но случилось так, что партнер нас подвел, и мы решили сдвинуть дату показа, пока не найдем нового.

Даже у моего бренда есть проблемы с партнерами. Есть такая странная вещь: на показ в Беларуси спонсора легче найти в России, чем у себя на родине.

К. Кто были вашими партерами?

Основным партнером была компания Итейра, которая оказала финансовую помощь и взяла на себя стиль - прически, макияж. Партнером была НШК, которая помогла площадкой, светом, звуком. В качестве партнера выступила компания "Фурнитоп", которая тоже серьезно помогала , у нас с ними, кстати, долгосрочное партнерство, рассчитанное и на нынешний год. Партнером была студия Марины Шалимо «Сутория», которая занималась изготовлением обуви по моим эскизам, и много других компаний, которые нам помогли. Но все это те партнеры, которые, будем говорить так, давали продукт, а что касается финансовой поддержки, то здесь у нас произошла неудача с одним банком.

А. Клюшки стали одной из фишек вашего показа, а в зимней коллекции мы можем ожидать новую фишку?

Клюшки – это намеренный ход, потому что коллекция - это глубоко продуманный продукт, некий единый организм, в котором нем места случайным вещам. Если кто-то что-то держит в руках, или шнурок развязался, или у человека татуировки, то это все не случайно, значит, именно с этим принтом эти татуировки должны прозвучать.

Клюшки были сделаны в поддержку коллекции, и в зимней коллекции фишка тоже будет. Я всегда делаю что-то кроме одежды, мне нравится реализовать себя в разных направлениях. Вот сейчас у меня в голове скульптурный проект, который, я думаю, в ближайшем году завершу.

Беседовали Александр БОКСЕР и Ксения ЛАДУТЬКО.

Фото Анна КОСТЮЧЕНОК.

Расскажи друзьям